Вторник, 3 августа 2021 года

«Сама доброта»: такой вывод я сделала, пролежав в роддоме неделю в одной палате с цыганкой

Эта история о стереотипах, которые мы порой незаслуженно «рисуем» в своем воображении, наклеивая на людей разные ярлыки.

Произошло это совсем недавно. Я попала в роддом с третьими родами. Первые роды прошли благополучно, а вот третьи проходили с большими осложнениями, поэтому мне сделали кесарево сечение.

А пока я отходила от наркоза, привезли еще одну женщину. Она была цыганкой лет 35. Ей тоже делали кесарево.

Она сильно стонала. Но вскоре ей полегчало, и она пошла на общение. Звали женщину Олей. А потом она сказала, что в семье ее называют Ляля.


У нее тоже были третьи роды, но двое предыдущих детей не выжили после них. Эту девочку врачи тоже еле спасли благодаря тому, что вовремя сделали Оле кесарево сечение.

Женщина была очень слабенькой после перенесенной операции, но бесконечно радовалась тому, что ребенок выжил.

Сначала наши дети находились в палате интенсивной терапии в кювезе, и мы с ней вместе раз в сутки навещали своих деток. Видели бы вы, с какой нежностью обращалась к своей малютке цыганка, сколько любви было в ее словах.

Когда я плакала навзрыд, переживая за своего малыша, она меня успокаивала…

Оля рассказала о своей семье. Цыганская семья проживала недалеко от районного города в небольшом поселке. У них было огромное хозяйство. Выращивали овощи, держали коров, а продукцию продавали.

Из роддома ее забирали  муж с двоюродным братом, который работал в городе таксистом. Девочку они назвали Боженой.

Пролежав 7 дней с цыганкой в роддоме в одной палате, я пришла к неожиданному выводу: не все цыгане такие, как о них порой судачат. Многие из них настоящие работяги, а у женщин очень развито материнское чувство.

Возможно, я в чем-то и ошибаюсь, но хочется верить, что все-таки я права.

 


Выбор редакции


Еда